Виталий Вавилин: Мы выкупили право на аренду земли под «Радостью труда»

Экс-президент банка «ГЛОБЭКС», учредитель Волжской картинной галереи, считает, что восстановление известной мозаичной стелы-панно может объединить горожан. Об этом он заявил на благотворительном вечере, который прошёл в театре «Колесо».

Зрители, среди коих были замечены Надежда Хитун, Сергей Андреев, Владимир Ягутян и многие другие известные горожане, встретили инициативу Вавилина аплодисментами.

Напомним историю панно. Оно было создано в 1977 году и должно было украшать одну из центральных улиц Автозаводского района. Изображены на нём представители разных профессий, что символизировало: любой труд в Советском Союзе — в почёте.

Сегодня, когда в Тольятти с работой непросто, панно «Радость труда» заиграло новыми оттенками смыслов. Чего нельзя сказать о мозаике: местами она обвалилась, и есть опасения, что это необратимо. Потому что при советской власти на создание подобных масштабных полотен государство не скупилось: мозаичная смальта создавалась в специальном институте, и только оттенков, например, чёрного цвета было четыре.

Однако, как это часто случалось при СССР, власть больше заботило решение масштабных вопросов. А такие детали, как окончательное оформление чего-либо, нередко откладывалось на потом. Так вышло и со стелой. Её временно оставили за Дворцом спорта «Волгарь», да там и забыли, оставив зарастать травой и кустами. Потом эту территорию отдали в аренду на длительный срок — ради возведения выставочного центра, но и стройка не пошла.

Три года назад ветшающую «Радость труда» обнаружили вездесущие блогеры. И забили тревогу, пытаясь привлечь внимание к объекту.

– Мы хотим в преддверии двух юбилеев — города и стелы — обратиться к горожанам с предложениям делать пожертвования для восстановления «Радости труда», — сказал со сцены Виталий Вавилин. И рассказал о том, что со своей стороны ВКГ уже сделала.

– «Волжская картинная галерея» выкупила у бизнесменов из Перми право на долгосрочную аренду земельного участка, на котором находится стела. И безвозмездно передали этот участок городу. Затем связались с московским институтом, который проектировал эту стелу, и специалисты которого участвовали в её создании. Обговорили с ними, что необходимо сделать для реконструкции объекта. Обратились к бизнесмену Евгению Серперу, и он безвозмездно расчистил территорию от строительного мусора, травы и кустов.

По согласованию с горадминистрацией в ближайшие месяцы надеемся — с помощью экспертов института, специалисты которого создавали стелу — подготовить смету и открыть спецсчёт для перечисления средств. Планируем пригласить несколько уважаемых горожан, которые будут следить за операциями по счёту. Этому проекту очень нужна поддержка горожан.

«День города» побеседовал с Виталием Вавилиным о скупости многих горожан, будущем Волжской картинной галереи и о том, какими могут быть музеи.

Фраза, которая не нравится никому

– Вы выступили со смелой инициативой — делать пожертвования на восстановление панно «Радость труда». Как вы относитесь к тому, что горожане подчас скупы и, может быть, менее выдержанны в эмоциях?

– Спокойно отношусь. Мы с коллегами не боимся этого. Кто-то должен говорить правду, это очень важно. У Сергея Жилкина, с которым мы дружили, было несколько очень важных фраз. Одна из них сегодня не нравится никому: «Культуру надо насаждать».

Я считаю, что он прав. Людям не нравится, когда им говорят: «Сделайте что-то сами, возьмите в руки лопату». Они начинают в ответ кричать: «Что ты нас учишь, сам бери лопату». Диалога нет. Пока нет диалога — и дел не будет. Не исключено, что восстановление стелы — это одна из идей, которая сможет объединить горожан.

– Как, по-вашему, нам выбираться из тяжёлого положения, в котором оказался город?

– Браться за руки, друзья, как говорил поэт — и вперёд! Нам нужна какая-то маленькая национальная идея в масштабах города. Нас объединяет какая-то идея или беда. Радости у каждого свои, а беды — общие. В городе сегодня не беда, но действительно непростая ситуация. Если мы найдём какую-то идею, которая сплотит людей, город заживёт. Лес — отличная идея. Их вообще должно быть много!

«В городе создалась интересная ситуация»

– Волжская картинная галерея — тоже хорошая идея, но не становится популярной у широких масс. Как и организация музейного квартала, и другие темы благоустройства городской среды. Не смущает небольшое количество единомышленников?

– Вот и посмотрим по тому, как будут собираться пожертвования на восстановление стелы «Радость труда», насколько нужны горожанам и она, и наш музей. Кстати, мы с коллегами, с которыми делаем Волжскую картинную галерею, были удивлены: не ожидали такого интереса к ней и её  акциям.

Уже четыре года мы привозим выставку «Красные ворота» — только благодаря этому горожане могут ознакомиться с работами наших современных художников. Приятно удивляет, что туда приходит довольно много зрителей — этого мы точно не ожидали.

Мне кажется, в городе создалась ситуация культурно-эмоционального голода, когда люди готовы идти чуть ли не хоть на что. Это очень интересная ситуация, её нельзя потерять, потому что тогда голод превратится в апатию, и народ не пойдёт вообще никуда. Этот голод надо постараться удовлетворить.

– Как будет развиваться картинная галерея в ближайшее время?

– Во-первых, мы это называем музеем. Как он будет развиваться? У нас две задачи. Первая: нам нужно создать очень большую, серьёзную коллекцию, в которой будут десятки тысяч единиц произведений искусств. Это ж музей. Сегодня у нас 2000 единиц хранения. Мы понимаем концепцию и то, кто наши художники, используем авторитетные мнения специалистов при подборе картин. Наша задача — как можно быстрее и точнее собрать экспозицию музея.

Вторая задача — здание, где будут экспонироваться все эти произведения искусства. Вот этот вопрос мы сейчас пытаемся решить, есть наработки, но об этом пока рано говорить.

Кому-то на фестиваль, кому-то в парк

– Один российский философ, который преподаёт в Америке, сказал: всем, любому городу, нужен фестиваль. Потому что он притягивает туристов, менеджмент из разных сфер деятельности, деньги. На ваш взгляд, фестиваль может помочь городу?

– Это очевидно! Я считаю, что если бы в городе было несколько культурных фестивалей — разных! — было бы здорово! Например, у нас есть фестиваль музыки и искусств — блестящий, потрясающий! Я не верил, что он состоится. Алексей Возилов, который этот проект тащит уже много лет — настоящий герой города. Я в восторге от того, что он уже сделал. Возможно, нам также нужен рок-фестиваль. Считаю, что сам бог нам велел сделать в городе какой-то ипподром или стадион для автомобильных гонок.

Создать некий фестиваль на базе художественного музея очень сложно. Здесь должны быть другие подходы, видим их. Мы изучили и подходы к созданию музейных пространств в мире. Сейчас есть устойчивое мнение, что самое популярное, самое работающее музейное пространство — то, которое совмещено с парком.

Я застал время в 70-80-е годы, когда парк культуры Центрального района был невероятно популярным местом! Там стояли скульптуры Виктора Балашова, стояли беседки, где люди играли в шахматы, было зелено и красиво, народ там гулял. Сейчас парк не пользуется таким спросом. Надо его оживить. Так вот, если мы сможем реализовать совмещение музейного и паркового пространств, удастся получить максимальный эффект.

Есть пример, как этот вопрос решен за рубежом — потрясающий музея Луизиана в Дании. Мы там были вместе с Александром Иулиановичем Рукавишниковым. Кстати, вот что меня потрясло. Копенгаген — небольшой город, по численности населения меньше Тольятти. Древний и красивый — как из сказок Андерсена. Это окраина Европы.

Чтобы добраться до музея Луизиана, надо ехать на электричке 35 км от Копенгагена вглубь полуострова. Городок, где мы вышли, напоминает подмосковные дачные посёлки: старые деревья, дома в стиле прошлого века, магазинчики. Когда мы повернули по указателю к музею, то первое, что увидели, была огромная парковка, на которой стояли автомобили и туристические автобусы с номерами со всей Европы. И вывеска: «Автомобильная стоянка музея Луизиана».

Само здание музея небольшое. Эту старинную усадьбу и кусок земли, который выходит к морю, купил бизнесмен, продав два свои сыроваренных заводика. Назвал в честь своих жён — у него их было три. И всех звали Луизами… И создал там парк, где расставил потрясающие парковые скульптуры авторства великих мастеров.

– Как Петергоф?

– Да! Но Петергоф — торжественный, парадный, он дисциплинирует, а Луизиана — свободное пространство, холмистое, там можно гулять и вдруг выйти на скульптуру, которая стоит перед тобой на траве. В парке — скульптуры Альберто Джакометти, там Марк Шагал, Пикассо, Теренс Кох, Генри Мур. Там есть помещения, их много, куда можно свободно заходить-выходить.

В рабочий день по территории музея гуляли тысячи посетителей со всей Европы. Туда едут, чтобы отдохнуть — посмотреть выставки, посидеть на траве, пообщаться. Проходят мастер-классы для детей и взрослых. Мы ходили там, и вдруг заметили, что темнеет: оказывается, незаметно прошли пять или шесть часов.

А теперь вспомните, что происходит, когда приходишь в Русский музей. Он прекрасный, но через полчаса ты устаёшь от обилия информации. Ещё минут через пятнадцать начинаешь думать, где бы присесть, а вскоре — как бы побыстрее выйти. Так получилось, что сегодня стационарные музеи малопосещаемы. Люди, которые туда приходят, быстро устают и не воспринимают всё, что там есть. А другой формат, о котором я сейчас рассказал, востребован.

– Тогда вам и карты в руки, если будете строить новое здание музея. А вы его будете строить?

– Мы пока об этом не говорим. Надо определиться с тем, что делаем.

Наталья Мишанина

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс